ISSN 1846-8756   Октябрь 2020
Литературная гостиная

„Zulejha otvara oči“ i „Volguna djeca“ Guzelj Jahine u Puli i Zagrebu

Jubilarni 25 Sa(n)jam knjige u Istri kao i uvijek privukao je brojnu publiku. Više od stotinu programa uz tristotinjak autora dočekali su svoje posjetitelje u 11 festivalskih dana. Knjige su bili dostupne po pristupačnim cijenama, a za četvrtstoljetno izdanje svi izdavači kao zahvalu za dugogodišnju suradnju s manifestacijom poklonili posjetiteljima dodatne popuste u sklopu posebne akcije "25 naslova za 25 godina Sajma".

Posebni gosti sajma, dobitnici najznačajnije nacionalne književne nagrade u Rusiji „Velika knjiga“ (Big Book, Большая книга)na susret sa svojim hrvatskim čitateljima došli 12. i 13. prosinca.

Guzel Jahina, jedna od najčitanijih književnica u Rusiji, na Sa(n)am knjige u Pulu došla sa svojim drugim romanom „Volgina djeca“ u izdanju nakladničke kuće Hena com. Ovo je drugi put da književnica osvaja prestižnu nagradu nakon što je prije četiri godine nju osvojio njezin prvi roman „Zulejha otvara oči“.

Guzelj Jahina (1977) ruska je književnica i redateljica tatarskog porekla. Diplomirala je na fakultetu za stane jezike Kazanjskog  državno-pedagoškog instituta i doktorirala na redateljskom Fakultetu za Moskovske filmske akademije. Njene kratke priče i poetski radovi objavljivani su u brojnim književnim časopisima.

Roman Zulejha otvara oči (2015) postao je književni događaj u Rusiji, a proglašen je za najbolji književno djelo na Međunarodnom sajmu knjiga u Moskvi 2015. Roman je dobio  najvažniju rusku književnu nagradu „Velika knjiga“ i nagradu „Jasna Poljana“, a bio je nominiran i za „Bukerovu“ nagradu. Roman je preveden na 17 jezika, a objavljen u 24 zemlje.

Građa prvog romana,  Zulejha otvara oči, temelji se na pričama bake, Tatarke raseljene za jedne od staljinističkih kampanja. Njezino je pripovijedanje odmah prepoznato kao iznimno u domaćoj javnosti, ali i u svijetu, pa je priča o nepravdi i boli, ali i ženskoj emancipaciji i životu koji se obnavlja, objavljena je i u Hrvatskoj. Za razliku od Solženjicina ili Varlama Šalamova, koji su o logorima govorili iz prve ruke, Jahina nudi novu perspektivu, pri čemu nije riječ tek o distanci. Kaže kako „nema sumnje u Staljinovu tiraniju“, ali i da „unatoč svemu što je proživjela moja baka je poštovala Staljina“: „Ta je tiha generacija apsorbirala sve teškoće ranih sovjetskih godina i radije je šutjela kako bi nas zaštitila“, pa „sada želimo sve sami shvatiti, trebamo se probiti kroz taj veo tišine“. I kada je pitaju hoće li pisati o suvremenoj Rusiji, ističe važnost suočavanja s prošlošću: „Možda je prerano, a možda nismo dovoljno sazreli za roman o modernom dobu“.

 

Njezin drugi roman „Volgina djeca“ (2018.) odmah nakon objave rasprodan je u više stotina tisuća primjeraka te je postao najčitanija domaća nova knjiga u Rusiji.

Za roman „Volgina djeca“ Guzelj Jahina također je dobila "Veliku nagradu Ivo Andrić" Andrićevog instituta u Andrićgradu (Višegrad) čime je nastavljena tradicija Instituta da se nagrađuju i stranci.

Odmah nakon prezentacije u Puli, roman je bio predstavljen u Zagrebu u Knjižnici Bogdana Ogrizovića.

U originalu roman ima simboličan naziv “Djeco moja” (Дети мои), kako se obraćala ruska carica Katarina Velika precima povolških Nijemaca, koji su se na njen poziv doselili u Rusiju. U romanu mi pratimo priču Jakoba Baha, učitelja njemačkog jezika i darovitog pisca bajki, a vremenski period obuhvaća dvadesetak godina izuzetno burne i dramatične ruske i sovjetske povijesti od 1918. do 30-ih godina prošlog stoljeća, te opisuje život njemačke autonomne zajednice na Volgi.

„Sve naše je na drugoj obali“ – napisao je Ivo Andrić. A junak Jakov Bah na drugo obali pronalazi ljubav, ženu, usvojenu kćerku i usvojenog sina. To je još i priča o njemačkom Povolžju – živopisnom, autentičnom, stvarnom svetu koji su stvorili došljaci u tuđoj zemlji, svijetu koji je danas izgubljen u prošlosti. Ovo je također priča o tome kako velika ljubav rađa strahove u našem srcu i u isto vrijeme nam pomaže da ih nadvladamo.

 

Kao i u Puli, prezentacija romana „Volgina djeca“ izazvala je veliki interes ljubitelja knjige, a Guzelj Jahina je jednostavnim riječima vrlo slikovito opisala kako se rađala zamisao prvog i drugog romana, kako je istraživala povijest i etnografsku baštinu povolških Nijemaca, gradila fabulu i što je bio konačni cilj i poruka čitatelju.

Sve u svemu knjige su prevedene na hrvatski i svatko tko želi saznati po čemu je roman postao toliko poznat može sam to istražiti.   

Katarina Todorcev Hlača

22 декабря 2019 г.

Ирина Хутинец. Девочка с солнечной улыбкой

Начну с простого вопроса: «У кого-нибудь есть приятель, друг, подруга с синдромом Дауна? А у ваших детей?» Какое-то уверенное «нет» просто витает в воздухе. Я его чувствую. Мое поколение таких людей не видело. Государство позаботилось. Нас учили крепкой интернациональной дружбе, а про существование детей, физически отличавшихся от нас, мы просто не знали. Слово «даун» было. Ругательное слово. Даже учителя употребляли его в качестве синонима «дебил». И я говорила: «Ты что, даун?» Сейчас я так никогда не скажу. А началось мое очищение мозга с переезда в другую страну.

Владимир Высоцкий. У моря

Эта история случилась в Югославии, в этом сказочном уголке земли, в городке, который называется Дубровник. Был конец сентября - золотое время для всех, любящих одиночество отдыхающих, да и для жителей, потому что волны туристов схлынули в Италию, Германию, Францию и Россию и восстановилось подобие покоя. Даже музыка из ресторана звучала мягко и сентиментально.

На смерть штутгартского архиепископа Агапита

Агапит, рождённый во Франкфурте-на-Майне, в семье русских эмигрантов, был очень светлым и отзывчивым человеком. Пришёл сразу по моей просьбе. С тех пор прошло почти четверть века. 28 мая 2020 он отошел в мир иной. Царство ему небесное!

Юлия Тодорцева

Как бы безнадежна ни была ситуация, конец у нити всегда где-то есть

Наталия Воробьева Хржич. Зарисовки

Холод… Он сковывает мысли, ледяными жгутами опутывает тело. Возможность думать исчезает, тихо тает в белом равнодушном мареве, осторожно обволакивающем, сулящем долгожданный покой.

Ирина Хутинец. Наступит ли завтра?

Зимние коричневые листья невесело шуршат под ногами. Мы с кошкой прогуливаемся по лесу. Неожиданно вижу притаившуюся рысь.

Пасхальный рассказ. От Гоголя до Набокова

Все русские классики, все сколько-нибудь крупные писатели дореволюционной России как-нибудь — с раздражением ли, с любовью ли, с твердой верой ли, — а пасхальной темы хотя бы раз в своем творчестве касались. Сто лет назад процветал даже особый жанр пасхального назидательного рассказа, и ему отдавали дань лучшие литераторы того времени.

Nikola Šimić Tonin. Poezija

Ništa nije, kao što su, zagrebačke jeseni, kad' se, starogradskim ulicama, prospu zreli kesteni...

Žarko Milenić RIJETKA PTICA

Umjesto jednog učitelja sada nam u petom razredu predaje čak osam nastavnika. Novi smo i mi njima i oni nama. Osim trojice ponavljača koji su novi samo nama. Jednog, koji se zove Denis, nastavnici poznaju i previše dobro jer treći put pohađa peti razred.

Поэзия Инны Штефан Токич

Покой ночной в тандеме со стихами Я принимаю данность сиих уз И шепот из небес мне данный Вершит души моей пророческий союз.

Roman „Lavr“ Jevgenija Vodolazkina premijerno predstavljen u Puli

Laureat Velike knjige Jevgenij Vodolazkin s romanom «Avijatičar» 2016. godine osvojio je drugo mjesto, dok je tri godine ranije nagradu osvojio njegov roman «Lavr» premijerno u hrvatskom prijevodu Naklade Ljevak predstavljen na pulskom 25. Sajmu knjiga u sklopu programa «Slavenski đardin».

«Хорватия, какая она?» в журнале «Иностранная литература»

Номер журнала «Иностранная литература» под общим названием «Хорватия, какая она?» посвящен хорватской литературе.

Колонка редактора

Вирус? Есть и положительные моменты

У хорватов есть хорошая пословица «svako zlo za nešto dobro», приблизительный аналог русского «было бы счастье, да несчастье помогло». Нам, конечно, карантин и коронавирусные правила до чертиков надоели, но, есть тут и положительные моменты.

Литературная гостиная

Ирина Хутинец. Девочка с солнечной улыбкой

Начну с простого вопроса: «У кого-нибудь есть приятель, друг, подруга с синдромом Дауна? А у ваших детей?» Какое-то уверенное «нет» просто витает в воздухе. Я его чувствую. Мое поколение таких людей не видело. Государство позаботилось. Нас учили крепкой интернациональной дружбе, а про существование детей, физически отличавшихся от нас, мы просто не знали. Слово «даун» было. Ругательное слово. Даже учителя употребляли его в качестве синонима «дебил». И я говорила: «Ты что, даун?» Сейчас я так никогда не скажу. А началось мое очищение мозга с переезда в другую страну.

Книжная полка

"Ništa nikada nikamo ne odlazi". Zbirka koja ostavlja dojam

Autorica ne štedi ni sebe ni druge, otkriva ono što bi mnogi rado prešutjeli jer smatra da ličnost stvaraju i udarci i kušnje. A ona upravo o kušnjama i udarcima piše u ovoj knjizi, a njih je, vidjet ćete, bilo mnogo.

Анонс событий

Оформить подписку на «Аргументы и факты Европа»

Для тех, кто любит читать российскую прессу далко от родины, популярное издание „Аргументы и Факты Европа“ , принимая во внимание, что сейчас сложно купить печатное издание в киоске, предлагает оформить юбилейную подписку на 25 номеров газеты „Аргументы и Факты Европа“ за 45 евро.

ПОЛОЖЕНИЕ О IV МЕЖДУНАРОДНОМ ТВОРЧЕСКОМ КОНКУРСЕ «ВСЕМИРНЫЙ ПУШКИН»

Настоящее Положение определяет условия, порядок организации и проведения Международного творческого конкурса «Всемирный Пушкин» (далее – Конкурс), посвященного в 2020 году 75 - летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Юридическая консультация

Мы, русские, в союзе с другими братскими народами ...

Наконец-то народные избранники в Думе занялись вопросом русских, проживающих в Российской Федерации и составляющих 80 процентов населения. Мне это особенно приятно, поскольку я уже неоднократно обращала внимание читателей, что русские и россияне или русскоязычные - это не одно и то же. Мое внимание привлекло предложение по поправке в Конституцию Константина Затулина.

 
Фонд Русский мир