ISSN 1846-8756   Июнь 2020
Литературная гостиная

Юрий Беляев Загадка времени и его влияния на личность

Загадка времени и его влияния на личность одна из самых волнующих, и лично для человека, и для искусства, и для науки. Её не могут решить ни физики, ни лирики, поэтому, мне кажется, каждый художник, каждый писатель, каждый музыкант сознательно или бессознательно ищет этот ответ. В поиски часто включаются воспоминания детства, путешествие к истокам жизни. Эти воспоминания переплетаются с понятием малой родины, первого порта нашего жизненного путешествия. Из моих детских впечатлений, пожалуй, самое сильное – послевоенный Воронеж. Почему-то вспоминается, как меня, трехлетнего, ведет за руку мама, и показывает мне на колонну немецких военнопленных, оборванных, угрюмых людей. Так я впервые столкнулся лицом к лицу с историей, занятие которой стало потом профессией.
Ведь как давно это было, середина двадцатого века, но хорошо помню. На мое сознание влияла и каменная летопись города, памятники землякам-поэтам Кольцову и Никитину, Петру Первому, строившему под Воронежем флот. Немцы украли из города бронзовый монумент Петру, увезли его из Пет¬ровского сквера, и это был новый памятник, меньше размером, отлитый уже после войны.
Атмосфера города формировала и мир увлечений. Стихи я начал писать уже в школьные годы, хотя, конечно, это было всего лишь школьное стихотворчество. Поэтом меня сделал Московский университет. Университет был и в Воронеже, но Московский – особенный.Он был для меня не просто учебным заведением, а окном в другую жизнь, настоящую, прошлую и будущую.Он казался мне трамплином, с которого можно было совершить прыжок в волнующую неизвестность. Тогда, в середине 60-х годов в богемно-интеллектуальной атмосфере сформировались мои творческие, литературные и эстетические пристрастия. Именно университет стал для меня школой жизни и творчества. В обществе бушевали страсти, поэзия правила бал, собирала полные залы. Желание излить душу выливались в яркие, злые стихи, я выступал со своими стихами под псевдонимом Юрий Бром и был видным представителем поэтического «андеграунда». Тогда же был написан юношеский, почти автобиографичский роман «Сны наяву». Казалось бы, основная веха творческого пути намечена. Но все оказалось не так просто. Аспирантура в Институте истории СССР, защита диссертации, работа в ИНИОНе Академии Наук. Хотя литература присутствовала всегда, и, наконец, она взяла верх, и историк превратился в литератора. Конечно, поэзия как поприще более эмоциональна и ярка. Просветлённые лица читателей на творческих встречах дорогого стоят. Моральной поддержкой служат и переводы стихов, когда они звучат на словацком, хорватском, непальском языках.
Сейчас мне часто задают вопрос, как происходит превращение писателя в художника, и почему я, достигнув определенной известности в мире литературы, вдруг обратился к совершенно другой системе художественных образов и символов?
Настоящее творчество – это постоянная эволюция. Поэтому и для меня, по-видимому, оказался неслучайным переход от служения одной музе к другой. Живопись это другое.
Когда я думаю об этом, то понимаю, что это был долгий путь. Меня всегда тянуло к зримым образам. Уже в юные годы я обратился к драматургии. Написал две пьесы – о Николае Копернике и Микельанжело. Очень хотелось видеть своих героев воплощенными. В семидесятые годы принес в театр Моссовета свою первую пьесу «Человек, остановивший Солнце». И она понравилась самому Юрию Завадскому. Он даже планировал поставить пьесу, и главную роль Коперника должен был играть его любимец Геннадий Бортников. Постановка не состоялась, потому что великий режиссёр заболел и уже не вернулся в театр. Но на всю жизнь остались дружеские отношения с блистательным актером и тонким ценителем поэзии Геннадием Бортниковым. Вспоминая то время и не состоявшийся спектакль, артист сожалел о несыгранной роли Коперника, так же, как о несыгранной роли Гамлета.
В те же 70-е определился интерес к изобразительному искусству. Тогда была написана пьеса «Каменотес из Флоренции» - о Микельанжело. В те годы интерес к изобразительному искусству был очень высок. Очереди на выставки, диспуты, новые имена. Художники успешно конкурировали с поэтами по популярности.
Я, к сожалению, в юности не получил художественного образования и воспринимал изобразительное искусство только как зритель, хотя и был его большим любителем. Причем мои художественные вкусы эволюционировали со временем – от Сальвадора Дали и Хуана Миро до Дюрера и Брюллова, от эстетического радикализма к изобразительному консерватизму. У меня было много знакомых художников. Поскольку сам тогда не брал в руки кисть, хотелось приобщиться к этому миру по-другому. Многие просили написать об их творчестве. И мне поневоле, шаг за шагом, пришлось превратиться из филолога в искусствоведа. Появились публикации в таких серьезных журналах, как «Огонёк» и «Художник». Потом по моим сценариям были сняты два полнометражных популярных фильма о самых тогда заметных художниках - Илье Глазунове и Александре Шилове. Но вершиной моей искусствоведческой деятельности считаю организацию выставки «Отечество» в Крутицком подворье в 1982 году. Это было событием, на одном только вернисаже побывало свыше тысячи человек. Но тогда я еще и не думал о собственном художественном творчестве.
Удивительно, как быстро бежало время. Крушение великой страны. Полное непонимание, куда идти и что делать . Да и «лихие девяностые» мало располагали к творчеству вообще. Чем мы только тогда ни занимались. Большинство проектов рушилось, но что-то удавалось. Я счастлив, что вместе с моими замечательными единомышленниками удалось осуществить самый духовный из проектов той поры – воссоздать Российскую академию в облике Академии Российской словесности. О ней можно было бы говорить бесконечно, в неё вошла вся наша духовная патриотическая элита и сама она приобрела мировую известность. Но это тема отдельного и важного разговора. Я бы хотел вернуться к своему творчеству.
Пожалуй, моим самым сильным увлечением начала нового века стали мифологические исследования. Я считаю, что на скрижалях мировой истории мифология оказывается ее первой главой, начатой после сакральной фразы: « Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». По пути к тайнам бытия человека ведут мифы, созданные народами мира. Мифология – это мир не только слов, но еще больше символов. А символ подчас может сказать не меньше трактата. Однако, с написанием мною трёх мифологических энциклопедий, ставшими тогда интеллектуальными бестселлерами, эта тема во многом оказалась исчерпанной.
Но остался интерес к символам. И ,наверное, тогда последним аргументом для того, чтобы взять кисть в руки, стала потребность выразить творческое восприятие мира в другой, «бессловесной», манере. Конечно, пришлось поучиться, брать уроки живописи, прежде, чем попытаться нащупать свой собственный художественный подход и выразить свое индивидуальное восприятие мира. И чтобы как-то психологически отличаться от писателя Юрия Беляева, пришлось стать художником Юрианом Беляевым.
Я считаю, что весь художественный мир – это гигантский симболариум, где авторские идеи, и сама техника художника превращаются в символы. Для меня одним из главных символов стало Мировое Древо – корень мироздания, начало начал. Оно присутствует на многих моих картинах: «Красное дерево – трансформация энергий», «Постижение реальности – времена года». «Мистерия красного дерева», «Генезис добра , или из тьмы – к свету», «Древо зимы».
Когда меня спрашивают, к какому художественному направлению я отношу свое творчество, то это, скорее всего, с искусствоведческой точки зрения, концептуальный или интеллектуальный супрематизм. Потому что я делаю, прежде всего, акцент на концептуальности своего творчества. Я бы назвал это направление - русский консервативный авангард, своеобразное возвращение к истокам, к тому, с чего начинались мощные вехи мировой культуры двадцатого века. Если у Малевича супрематизм с его «Чёрным квадратом» означал завершение искусства, как отображения действительности, то концепт-супрематизм предполагает дальнейшее развитие художественного минимализма с наполнением его интеллектуальным содержанием и расширением ассоциативного восприятия со стороны зрителя. Поэтому главными компонентами моего стиля становятся использование названия картины и сочетание авангардных приёмов с элементами фигуративности, а также символическая интерпретация содержания. То есть, мои картины надо начинать рассматривать с их названия. Вот, например, работа «Постижение реальности – времена года». За его пластическим образом скрывается целое философское эссе, ибо в ней я отразил эволюцию восприятия времени человечеством через двухкалендарный год, трехкалендарный год и, наконец, современную трактовку, которая завершается месяцем декабрем с его астрологическим символом Стрельца, который является и моим личным знаком.
Творческий индивидуализм - краеугольный камень в любом виде искусства. И живопись, конечно, не составляет исключения. Я считаю, что подлинный авангард - это передовое искусство, вызревающее в недрах традиции. Под консервативным авангардом подразумевается новаторская концептуальность, которая сохраняет связь с традиционной фигуративностью, а идеология пространства как сферы духовного самовыражения не входит в противоречие с художественной стилистикой и формальным решением . Стоит вспомнить, что предтечами консервативного авангарда, на самом деле, явились такие великие художники, как Михаил Врубель и Валентин Серов с его гениальным полотном «Похищение Европы». И было это всего лишь одно столетие тому назад.
Я думаю, что успех двух групповых выставок русского консервативного авангарда «Магический квадрат» и «Магический квадрат»-2, в которых я участвовал вместе с такими яркими художниками , как Наталья Маркова, Александр Поленов, Мансур Саттаров, свидетельствует о том, что ставка на интеллектуального зрителя оправдывает себя и новое эстетическое направление оказывается востребованным. А это всегда главное для художника. 

19 декабря 2014 г.

Наталия Воробьева Хржич. Зарисовки

Холод… Он сковывает мысли, ледяными жгутами опутывает тело. Возможность думать исчезает, тихо тает в белом равнодушном мареве, осторожно обволакивающем, сулящем долгожданный покой.

Ирина Хутинец. Наступит ли завтра?

Зимние коричневые листья невесело шуршат под ногами. Мы с кошкой прогуливаемся по лесу. Неожиданно вижу притаившуюся рысь.

Пасхальный рассказ. От Гоголя до Набокова

Все русские классики, все сколько-нибудь крупные писатели дореволюционной России как-нибудь — с раздражением ли, с любовью ли, с твердой верой ли, — а пасхальной темы хотя бы раз в своем творчестве касались. Сто лет назад процветал даже особый жанр пасхального назидательного рассказа, и ему отдавали дань лучшие литераторы того времени.

Nikola Šimić Tonin. Poezija

Ništa nije, kao što su, zagrebačke jeseni, kad' se, starogradskim ulicama, prospu zreli kesteni...

Žarko Milenić RIJETKA PTICA

Umjesto jednog učitelja sada nam u petom razredu predaje čak osam nastavnika. Novi smo i mi njima i oni nama. Osim trojice ponavljača koji su novi samo nama. Jednog, koji se zove Denis, nastavnici poznaju i previše dobro jer treći put pohađa peti razred.

Поэзия Инны Штефан Токич

Покой ночной в тандеме со стихами Я принимаю данность сиих уз И шепот из небес мне данный Вершит души моей пророческий союз.

Roman „Lavr“ Jevgenija Vodolazkina premijerno predstavljen u Puli

Laureat Velike knjige Jevgenij Vodolazkin s romanom «Avijatičar» 2016. godine osvojio je drugo mjesto, dok je tri godine ranije nagradu osvojio njegov roman «Lavr» premijerno u hrvatskom prijevodu Naklade Ljevak predstavljen na pulskom 25. Sajmu knjiga u sklopu programa «Slavenski đardin».

„Zulejha otvara oči“ i „Volguna djeca“ Guzelj Jahine u Puli i Zagrebu

Guzel Jahina, jedna od najčitanijih književnica u Rusiji, na Sa(n)am knjige u Pulu došla sa svojim drugim romanom „Volgina djeca“ u izdanju nakladničke kuće Hena com. Ovo je drugi put da književnica osvaja prestižnu nagradu nakon što je prije četiri godine nju osvojio njezin prvi roman „Zulejha otvara oči“.

«Хорватия, какая она?» в журнале «Иностранная литература»

Номер журнала «Иностранная литература» под общим названием «Хорватия, какая она?» посвящен хорватской литературе.

Sve o muškarcima

Kazalište „Gavran“ je premjerno izvelo novu predstavu svog osnivača i jedinog autora-dramaturga Mire Gavrana „Sve o muškarcima“.

Pjesnici pod platanom

Drugi rujanski susret pjesnika pod platanom, starom 201 godina, ove godine održan je 14. 9. 2019. Sudionici susreta bili su eminentni hrvatski pjesnici predvođeni akademikom Lukom Paljetkom. Nastupili su Sonja Manojlović, Natalija Vorobjova, Božica Jelušić, Ernest Fišer, Joso Soja Živković, Stanko Krnjić, Marina Kljajo Radić i fra Ivan Kramar.

„Dimitije Art“ je oduševio publiku

Zagrebački Muzej Mimara predstavio je najnoviju monografiju „Dimitrije Art“ posvećenu 50 godina rada Dimitrija Popovića, slikara i pisca i umjetnika.

„Duga u crnini“ - Marina i Marija na istoj pozornici

"Duga u crnini", prva kazališna predstava u našoj zemlji koja se bavi životom i poezijom ruske pjesnikinje Marine Cvetajeve premijerno je izvedena na zagrebačkoj Sceni Ribnjak. Umjetnica Marija Sekelez odlučila je scenski interpretirati autobiografsku prozu ove ruske pjesnikinje.

Колонка редактора

Ой, что делать?

Начитавшись всего и вся о коронавирусе и пройдя фазу «ой, что делать? ой, что делать?», я решила выработать для себя стратегию профилактики, которая, кстати, может помочь и в случае гриппа и всех последующих вирусов, которые периодически появляются, и почему-то все из Китая.

Литературная гостиная

Наталия Воробьева Хржич. Зарисовки

Холод… Он сковывает мысли, ледяными жгутами опутывает тело. Возможность думать исчезает, тихо тает в белом равнодушном мареве, осторожно обволакивающем, сулящем долгожданный покой.

Книжная полка

"Ništa nikada nikamo ne odlazi". Zbirka koja ostavlja dojam

Autorica ne štedi ni sebe ni druge, otkriva ono što bi mnogi rado prešutjeli jer smatra da ličnost stvaraju i udarci i kušnje. A ona upravo o kušnjama i udarcima piše u ovoj knjizi, a njih je, vidjet ćete, bilo mnogo.

Анонс событий

Оформить подписку на «Аргументы и факты Европа»

Для тех, кто любит читать российскую прессу далко от родины, популярное издание „Аргументы и Факты Европа“ , принимая во внимание, что сейчас сложно купить печатное издание в киоске, предлагает оформить юбилейную подписку на 25 номеров газеты „Аргументы и Факты Европа“ за 45 евро.

ПОЛОЖЕНИЕ О IV МЕЖДУНАРОДНОМ ТВОРЧЕСКОМ КОНКУРСЕ «ВСЕМИРНЫЙ ПУШКИН»

Настоящее Положение определяет условия, порядок организации и проведения Международного творческого конкурса «Всемирный Пушкин» (далее – Конкурс), посвященного в 2020 году 75 - летию Победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Юридическая консультация

Мы, русские, в союзе с другими братскими народами ...

Наконец-то народные избранники в Думе занялись вопросом русских, проживающих в Российской Федерации и составляющих 80 процентов населения. Мне это особенно приятно, поскольку я уже неоднократно обращала внимание читателей, что русские и россияне или русскоязычные - это не одно и то же. Мое внимание привлекло предложение по поправке в Конституцию Константина Затулина.

 
Фонд Русский мир