Июнь 2017


ISSN  1846-8756

Литературная гостиная

Интервью

Интервью, - подумала я,  в ужасе выскочив из-под одеяла, - у меня сегодня интервью. Спальня была буквально залита солнцем и было ясно, что будильник опять подвёл. Я проспала.
Быстрее в ванную! Принять душ, подкраситься. Кофе подождёт. Господи, где же это самое любимое чёрное платье? Где оно?
И кому нужны эти, переливающиеся всеми цветами радуги, модели ведущих модных дизайнеров, если они, эти самые дизайнеры, и сами всегда в чёрном, - думала я, лихорадочно роясь в огромном шкафу, который назло всемирно известным  кутюрье  был  до отказа забит чёрным.
Вот оно! Облегчённо вздохнув я  извлекла на свет божий то, что общепринято называть маленьким чёрным платьем. Изобретение великой Коко Шанель!
Да уж!..- думала я, одеваясь. - Похожее маленькое чёрное платье  Шанель  сшила  себе в знак траура по своему трагически погибшему любовнику, а ведь теперь хоть сколько-нибудь держащее до себя женское население этой планеты не может  и представить себе свой гардероб без этого  вечно модного атрибута.  Вот я, например! 7 маленьких зимних чёрных платьев и 6 летних, - продолжала я свои нисколько не имеющие к интервью размышления, старательно прилаживая на  бёдрах широкий  кожаный пояс.
Мои раздумья были прерваны осторожным коротким звонком в дверь. Это она,- подумала я, -это журналистка. Иду, иду,- громко отозвалась я и побежала открывать дверь.
На пороге стояла молодая красивая женщина. Представившись она вошла и достала из профессионально огромной сумки элегантные балетки.
- На улице грязно, - произнесла она тихим спокойным голосом, - поэтому у меня всегда с собой  эти туфли.
- Ну, что Вы, - поспешила успокоить её я,- у нас никто обувь не переодевает. Свободно проходите!
- Нет, нет. Так будет лучше,-  тихо возразила она  и, даже не присев в предложенное мной кресло, ловко переобулась практически на ходу.
Минуту спустя мы уже сидели друг напротив друга. Между нами на холодной плоскости низкого стеклянного стола  лежал настороженно  взирающий на меня  диктофон.
Она нажала на кнопку маленького аппарата и итервью началось. Впрочем, трудно было  именно так назвать наш с ней разговор. Скорее всего, это был и не разговор вовсе. Это был мой  монолог.
Я давно заметила, что истинно талантливым журналистам каким-то непостижимым образом удаётся разговорить собеседника не навязчивыми вопросами, которые, как правило,уже были  когда-то поставлены их собратьями по перу, а молчанием или точнее: молчаливым вопрошанием. Такова была Анна.
Говорила я. Говорила открыто обо всём, о себе самой и о других, о своих сомненьях, надеждах и чаяньях. Говорила так, как-будто мы с ней давно друг-друга знали, долго не виделись и вот, наконец, встретились вновь.
В лёгком, непритязательном разговоре незаметно пролетели три часа. И вдруг она спросила:
- Наташа, а что с детьми? Почему у Вас нет детей? Извините, но принимая во внимание то, что наш журнал читают в основном женщины, я должна задать Вам этот вопрос.
Я задумалась. Не могу сказать, что поставленный ею вопрос удивил меня. Мне уже приходилось отвечать на вопросы такого рода, но с Анной всё было по-другому, вернее Анна была другой. Не хотелось пичкать её стандартными ответами в стиле: Ах, это слишком большая ответственность, которая мне не по плечу. Да, дети это прекрасно, но я слишком серьёзно отношусь к материнству и т.д. и т.п...

Нет. Лукавить не хотелось, и я ответила вопросом на вопрос. Вернее вопросами:

- А разве это обязательно? Разве это и есть самое важное в жизни? Разве брак, семья и дети  есть основное и незыблемое правило,  единый смысл нашего постояния? Разве мы не можем состояться, если не спутаны (да, именно спутаны!) узами брака или может-быть, точнее сказано, ЗАУЗДАНЫ ? Разве мы столь совершенны, чтобы воспроизводить на свет себе подобных? И кто сказал, что все мы должны жить так, как живут  миллионы других? Кто придумал это правило, и есть ли оно? Разве кто-то отменял свободу выбора, о которой нам так часто говорят другие и о которой мы столь часто сами любим пофилосовствовать? Что с теми, кто  так долго взрослел, что  не успел  выйти из пубертатного возраста? Кто чувствует себя вечно молодым, единкой в Вечности? Целостной единкой, но единкой, кому Творчество – и брак,и семья, и дети?

Я смотрела в напряжённое лицо Анны и всё чеканила, и чеканила вопрос за вопросом.
- Я, просто, наверное, другая,- усталым голосом, наконец, закончила я свой монолог-вопрос.
Анна, всё ещё не отрывая взгляда от меня, машинально нажала на кнопку диктофона. Диктофон тихо вздохнул и отключился. Затем она встала, подошла ко мне и осторожно обняла меня.
- Я Вас понимаю,- тяжело вздохнув тихо произнесла она.- Я Вас очень хорошо понимаю.
Мы простились с ней, пообещав не терять друг-друга из виду.

Проводив Анну до лифта, я вернулась в квартиру и опустилась в то же самое кресло,  в котором  просидела целое время, давая Анне интервью. Я думала о ней, об Анне, о себе и о многом, многом другом...

Из задумчивости меня вывел нежный голос моей мамы (всё происходило в нашей московской квартире накануне презентации моего нового сборника стихов):
- Наталочка, обедать будешь?
- Да, мамуля, - с удовольствием потянувшись ответила я и подумала. - Как хорошо, что у меня есть мама.

ЧЕРНОБУРКА

- Нет, нет и нет! Спасибо, нет! Об этом даже речи быть не может! У вас всё на обмане построено! Я уже один раз у вас побывала, с меня достаточно!..  Слушайте, не надо меня уговаривать!..  Ах, Гайда-ай?..  Хм!..  Юбилей говорите?..  Ну что же,  это полностью меняет ситуацию...  Хорошо...  Приду. Но только ради Гайдая, только ради него...  Да, можете присылать машину...  Когда говорите?..  Та-ак, пишу. Завтра в 10.00. Всё, договорились. До завтра.

- Кто это?- безмятежно спросила меня моя мама, появившись в дверях гостиной.

- Телевидение, - фыркнула я и раздражённо повела плечами. - Помнишь тот ужас? Так вот, это опять они, только передача уже другая. Но ведущий, между прочим, тот же самый... Они прямо как почувствовали, что я в Москве! Ты только подумай, им даже вызывать меня из Загреба теперь не надо! Не надо за билет платить! Везёт же людям!

- И ты согласилась? - удивлённо спросила мама.

- А я могла отказаться? - окрысилась я на ни в чём не повинную мать. - Это же гайдаевский юбилей! Ему бы завтра 90 стукнуло, вот они всех нас и собирают. Не так уж много, между прочим, нас и осталось...  

Мама внимательно посмотрела на меня, затем неодобрительно покачала головой и вышла из комнаты.

«А ведь она права, - подумала я, вспоминая свою прошлую встречу с легендарным ведущим первого канала. - А вот не надо думать, что все актрисы – дурочки, а поэтессы – экзальтированные идиотки! Да-аа... Не повезло ему со мной, не повезло! Ох, как не повезло! Им же тогда пришлось больше половины отснятого материала вырезать, настолько это позорно выглядело. А потом через день они вновь звонили, пытались встретиться, что-то доснять, но я от этой встречи наотрез отказалась. Вот и пришлось им кромсать наш с ним разговор, спасать звёздного мальчика. Впрочем, не так уж он был и виноват! Это ненормальная редакторша подсунула ему глупый синопсис! Надо же! Всё сделала неправильно, абсолютно всё!.. Вот он и растерялся. А мне, в отличие от него, терять было нечего и отступать было некуда. Да уж!..» – продолжила я свои мрачные размышления. – «А на завтрашнюю передачу не пригласить меня они не могли: во-первых, многие из гайдаевских артистов уже ушли в мир иной, а, во-вторых, вопросы подобного рода решает не ведущий, а продюсер».

На следующий день ровно в десять я спустилась вниз, села в машину, любезно предоставленную мне телевидением, и мы поехали. Через полчаса я уже стояла на проходной  с паспортом в руках, а буквально несколько минут спустя мерила торопливыми шагами километровые коридоры Останкино.

Вначале мы долго ждали. Последние могикане гайдаевских фильмов...  Затем нас по очереди подкрашивали и пудрили, а потом друг за другом выпускали за кулисы, весьма напоминающие собой театральные.

В ожидании своего выхода я стояла за белым поблёскивающим экраном, отгораживающим от закулисного мира площадку, на которой развивалось действо, и внимательно рассматривала происходящее вокруг. Деловито сновали помощники звукооператора со своими мини-микрофонами. Напротив небольшого монитора, напряжённо вглядываясь в экран, сидела режиссёр, подающая залу команду для аплодисментов. В общем, ничего примечательного.

 А затем в мрачной глубине кулис возник силуэт. Высокий и стремительный, он рос, постепенно приобретал очертания и наконец превратился в очаровательную хорошо знакомую женщину. Это была Наташа Селезнёва.

Я сделала шаг вперёд.

- Наташа, - вынырнув из темноты, обратилась я к своей тёзке, - это я, Наташа Воробьёва.

- Господи, ещё бы я тебя не узнала!- всплеснула руками Селезнёва, а затем подошла совсем близко, взяла меня за плечи и пристально вгляделась в моё лицо. - Ты ведь, Наталия, нам тогда с Аросевой жизнь спасла! - торжественно произнесла она.

- Жизнь?! – ахнула я.

- Жизнь, - спокойно подтвердила Селезнёва. – Помнишь, мы с театром на гастроли в Загреб приезжали, и ты меня к себе в гости пригласила? Я тебе тогда ещё чернобурку предложила купить, помнишь?

Я молча кивнула головой.

- Так вот, мы же тогда с голоду помирали, - тихо сказала она, - а тебе эта чернобурка на фиг была не нужна. У тебя своих мехов полно было.

И это было сущей правдой. В шкафу у меня, в самом деле, висели две шубы от Славы Зайцева и спортивная канадская норка. А лиса эта производила на меня жуткое впечатление: мерзкое дохлое животное с мёртвыми стеклянными глазами. Избавилась я от неё впоследствии почти сразу же.

- Селезнёва!..  Селезнёва! Ваш выход! - бросилась к нам ассистентка звёздного ведущего и, схватив Наталью за руку, потащила за собой.

А потом вслед за Наташей вышла на сцену я. Мы обнялись с ней так, как-будто впервые встретились после долгой разлуки.

- Да вы понятия не имеете, какой она человек!.. Какой человек!.. – вновь и вновь повторяла Наташа Селезнёва, крепко прижимая меня к себе.  

 Но это, конечно, в программу не вошло, впрочем, как и многое другое. Вырезали.

Вырезали?  Да разве это важно?

По телевизионным передачам нас помнят от силы несколько дней, а по чернобуркам - всю жизнь.

10 февраля 2016г.

Krajem godine, kada je prema dugogodišnjoj tradiciji započela sezona prikazivanja Orašara u Zagrebačkom HNK-u, u Muzeju za umjetnost i obrt bila je postavljena izložba pod nazivom Orašar – najljepša božićna bajka.
Идея записывать свои наблюдения родилась давно, но все как-то руки не доходили. То нет времени, то настроения. Вот, наконец, решила предложить на суд читателей парочку своих «опусов».
Открывая вечер «Николай Карамзин – первый русский европеец», посвященный 250-летию великого русского писателя и историка, президент Общества «МИР» Татьяна Лукина подчеркнула, что МИРовцы в своём карамзинском проекте, поддержанным Фондом «Русский мир», хотят не только представить выдающуюся личность Н. М. Карамзина (1766-1826), но и эпоху, в которой он жил и творил. Именно поэтому музыкальное сопровождение юбилейного мероприятия состоит из произведений его современников, и это, прежде всего композиторы И. Е. Хандошкин (1747-1804) и Д. С. Бортнянский (1751-1825).
Продолжая тему «Русские без России», посвященную судьбе российских эмигрантов волей судьбы оказавшихся в Хорватии, совершенно неожиданно выяснилось, что брат одного из наших самых любимых писаталей Михаила Булгакова, Николай, некоторое время после эмиргации из советской России жил, учился и работал в Загребе.
U knjižnici Bogdana Ogrizovića 22. ožujka održano je predstavljanje Antologije kraće ruske proze (post)perestrojke "Potemkinovo selo" u izdanju nakladničke kuće Fraktura. Uz priređivačicu Ivanu Peruško o antologiji su govorili Jasmina Vojvodić i urednik Roman Simić Bodrožić.
В столицу Хорватии я прилетела в канун католического Рождества. В том году декабрь и в Москве был тёплым, с плюсами, и в Екатеринбурге - начальной точке моего путешествия - тоже без морозов. Но в Загребе оказалось просто чудо как душевно: что-то вроде нашего уральского сентябрьского короткого "бабьего лета". Температура плюс 10. Я ещё не знала, что спустя лишь несколько дней в Хорватию придут 15-20-градусные морозы, каких не случалось там много лет, и Загреб утонет в снежных сугробах. Но это - Загреб. А я ехала в тёплую солнечную Далмацию, на остров Брач, где мне предстояло начать новую жизнь с новым мужем...
Zelena suza svemira
Украинская поэтесса, критик, переводчик, журналист, учёный
Автор двенадцати сборников стихов и множества публикаций в литературных журналах России, живет в Сыктывкаре. Председатель республиканского общества "Русский дом" Республики Коми.
...Долгие годы редкому русскому путешественнику удавалось побывать в Афганистане. И не столько коварная Амударья с ее постоянно меняющимся руслом и камышиными отмелями, а также сыпучие туркменские пески были тому помехой. Русско – британское соперничество на Среднем Востоке и в Центральной Азии в этот период получило эффектное название «Большая игра» и красной линией проходило по карте мировой истории того периода.
Вот расплата, вот награда: Веселиться до упада - Или плакать до поры...
Татьяна Евгеньевна Лукина — журналист, актриса, режиссер, поэтесса, философ. Президент Русского культурного центра «МИР». г. Мюнхена, член Союза журналистов Германии, член Координационного Совета соотечественников Германии, магистр философских наук.

Страницы

< Предыдущая  |  Следующая >

1 | 2 | 3 |

"Колобок" журнал для детей

-----------------------------------------------------------------

-----------------------------------------------------------------

Колонка редактора
Катарина Тодорцева Хлача
Пригласили меня намедни на премьеру спектакля «Иванов» в Загребский ХНТ (Хорватский народный театр). Пригласила пиар-служба, пригласила как русскую журналистку, за что им отдельное спасибо. О спектакле, который в Хорватии поставил литовский режиссер «по мотивам» (назвать это произведением Чехова язык не поворачивается) пьесы русского классика, писать не буду. Хотите – посмотрите сами. Но вот что меня действительно позабавило, так это отзывы в хорватских СМИ.
Литературная гостиная
Nenad M. Hlača
Krajem godine, kada je prema dugogodišnjoj tradiciji započela sezona prikazivanja Orašara u Zagrebačkom HNK-u, u Muzeju za umjetnost i obrt bila je postavljena izložba pod nazivom Orašar – najljepša božićna bajka.
Книжная полка
Sindrom WikiLeaksa sastoji se od dvije simetrično nabrušene pripovijesti. U prvoj, nazvanoj Operacija "Burning Bush",Viktor Pelevin govori o lansiranju Boga u glavu američkog predsjednika Georgea Busha, a druga - "Protuavionski kodeksi Al-Efesbia", bavi se likom i djelom Savelija Skotenkova, majstora političkog inženjeringa.
Анонс событий
Zagrebački HNK ugostit će međunarodno nagrađivane i svjetski proslavljene baletne i operne umjetnike tih velikih kazališnih kuća 5. i 6. lipnja u programu pod nazivom Gala koncert sanktpeterburškog baleta, opere i mjuzikla.
Posljednji premijerni dramski naslov u ovoj sezoni, predstava Ivanov A. P. Čehova, u režiji jednog od najslavnijih redatelja današnjice Eimuntasa Nekrošiusa, premijerno je izveden 5. svibnja u zagrebačkome HNK. Predstava je ovoga mjeseca na repertoaru: •u četvrtak, 18. svibnja u 19,30 sati te •u srijedu 24. svibnja u 19,30 sati
2-13 июня будет в Загребе (Хорватия) совместно с компанией KOGNOSKO впервые будет проведён пилотный двухдневный семинар BLACKBACK Essentials, который включит в себя наиболее яркие и актуальные для основателей и владельцев компаний темы, входящие в популярную в России серию семинаров BLACKBACK Owner.
Юридическая консультация
Katarina Todorcev Hlača
Gospodin Arlović je odmah na početku naglasio da predloženu temu želi obraditi bez suvišne patetike ili dogmatskog pristupa. „ Predlažem da o ovom pitanju otvoreno razgovaramo jer smatram da je to jedno od najizazovnijih teorijskih, zakonodavno-pranih i ustavno-konstitucionalističkih pitanja, čak ne toliko zemalja jugo-istoka, koliko zemalja razvijene demokracije“, - započeo je predavač. Uostalom, ništa manje od njega se nije ni očekivalo.
ЛЕТОПИСЬ, ISSN 1846-8756
ИЗДАТЕЛЬ
РУССКИЙ КУЛЬТУРНЫЙ КРУГ
www.ruskaljetopis.hr

Главный редактор
Катарина Тодорцева Хлача
rinahlača@gmail.com
ruskikulturnikrug@gmail.com
GSM +385 921753826
Модераторы
Катарина Тодорцева Хлача
Виктория Тодорцева
Отдел новостей и реклама
Виктория Тодорцева

Дизайн, фотографии
Елена Литвинова
Ненад Марьян Хлача
Корректура
Евгения Чуто (русский)
Ненад Марьян Хлача (хорватский)

Перевод
Катарина Тодорцева Хлача
Виктория Тодорцева

Техническая поддержка
Тимошенко Дмитрий
Интернет-журнал издается при содействии
Фонда «РУССКИЙ МИР»

Все авторские права защищены законом
 
IMPESUM
LJETOPIS, ISSN 1846-8756
IZDAVAČ
RUSKI KULTURNI KRUG
www.ruskaljetopis.hr

Glavna urednica
Katarina Todorcev Hlača
rinahlača@gmail.com
ruskikulturnikrug@gmail.com
GSM +385 921753826
Moderatori
Katarina Todorcev Hlača
Viktorija Todorceva

Odjel „Novosti iz Rusije“
i reklama
Viktorija Todorceva

Dizajn, fotografiji
Jelena Litvinova
Nenad Marijan Hlača
Lektura
Eugenija Ćuto (ruski)
Nenad Marijan Hlača (hrvatski)

Prijevod
Katarina Todorcev Hlača
Viktorija Todorceva

Tehnička podrška
Timoshenko Dmitrij
Časopis izlazi u skladu sa
«Zakonom o elektroničkim medijima»
NN 153/09, 84/11, 94/13, 136/13

Sva autorska prava zakonom su zaštićena